Когда мы читаем о периоде Хэйан, том самом в котором создавались великие произведения, составлялись сборники стихов и имеют место многочисленные легенды, мы как-то забываем, что это был крайне ужасное время для страны.
И хотя это определенно золотой век японского дворянства, с той же уверенностью можно сказать о темнейшем веке для японского крестьянства.
Изнеженная столичная аристократия едва ли заботилась о своих землях. Людей грабили и убивали без причины и по беззаконью. Никакой заботы об избавлении от бандитов не существовало, ночью даже император в своём дворце не был в безопасности и мы косвенно можем говорить, что императорский дворец периодически подвергался налётам.
Денежная система, заимствованная из Китая, не просто деградировала, она почти исчезла. Людям платили рисом и тканями, а должности можно было купить и продать будто это вещь.
Даже императорская власть оставила лишь тень былого величия. Влиятельные кланы не просто бесчинствовали от лица бога на земле, они меняли императоров как перчатки. Дошло до того, что двор едва-ли контролировал Киото, не то что всю остальную страну.
Голод и эпидемии становились всё более обыденным делом, а привилегированное сословие сократилось до 5000 человек… на 5 миллионов населения.
Но всего этого мы можем и не узнать, потому что литературное наследие живет куда дольше чем любое страдание.
«Любование цветением сакуры»
Ogata #Gekko 1898